Цезарь Моисеич, старый каторжанин,
Вор в авторитете, штатный «глиномес»,
Падлам, заигравшимся за тюремной баней
Целки рвет без мыла, похотливый бес.
Раз сеансы сверху вниз
С вышки наблюдал киргиз.
Накурившись всякой срани,
Не сумел сдержать желаний.
Крикнул, бросив карабин:
«Котом аузен СИГИИН!»
И рванул через дорогу
Глиномесу на подмогу.
Эпилог.
В тот же день пошел солдат
Срок дослуживать в дисбат.
1948 г. УСТЬВЫМ ЛАГ. Папа писателя (Сигин–старший) кантовался за очередную кражу, работая в зоне посыльным. Накануне хипиша за баней нажрался «всякой срани» — спорол содержание аптечки (разве что не заглотил бинтов) и кайфовал на верхних нарах. Услышав вой киргиза, сдуру решил, что его вызывает кум. Сиганул, как Фанфан–Тюльпан, в тележку, пристегнулся и выкатил в лапы конвоя. Отправлен был в «шизо» на пятнадцать суток.